— Святой отец, вы сильно исхудали, — раздался наконец голос барона.

Луи не смог сдержать облегчённого вздоха.

— Пост и молитвы, сын мой, — прогнусавил Луи.

— Пойдёмте, святой отец, баронесса с самого утра чувствует себя неважно. Она всё время просит привести вас к ней, не могу понять, что с ней… А почему вы так сильно задержались? — неожиданно спросил барон.

— Причащал кузнеца, — не думая, ответил Луи.

— А я не знал, что наш кузнец умер, — удивился барон. — Как это случилось?

Если бы он только мог видеть улыбку Луи в это мгновение!

— Повесился бедняга, когда узнал, что жена ему изменила!

Барон перекрестился.

— Господь прими его грешную душу.

Вслед за бароном Луи поднялся по узкой лестнице на второй этаж и по длинному коридору, на стенах которого висели факелы, миновал несколько комнат. Возле последней барон остановился и, открыв дверь перед Луи, который не замедлил войти внутрь, вошёл следом. Убедившись, что баронесса не спит, он шёпотом обратился к Луи.

— Прошу вас, святой отец, помогите моей любимой супруге!

— Не сомневайся в Божьей власти, сын мой, — ответил Луи, молча провожая барона взглядом.

Когда барон вышел из комнаты, оставив его наедине с баронессой, Луи повернулся к больной.

Баронесса лежала в широкой постели, укутанная несколькими одеялами. У изголовья горели свечи, а сама она выглядела весьма подавленно и с надеждой смотрела на священника.

Луи пододвинул стул к изголовью.

— Итак, дитя моё, ты скажешь мне, что тебя беспокоит?

Баронесса выпростала из-под одеяла руку и, схватив ею руку Луи, с мольбой воскликнула:

— Спасите меня, святой отец, я грешна, и я умираю!

— Откройся, дитя моё, и я смогу помочь тебе!

— Да, да, — торопливо зашептала баронесса, — это всё из-за него, из-за графа де Сансера, я безумно влюблена в него, я всё время думаю о нём и…